Алеппо как зеркало будущего мира

 

История имеет свойство повторяться, иногда в  наиболее ироничном или может быть, даже саркастическом варианте. Ровно 100 лет назад вэти декабрьские дни в Сирии случилось знаменательное событие – армия арабского вождя Фейсала, руководствуясь стратегией британского советника и разведчика Томаса Эдварда Лоуренса (более известного миру как Лоуренс Аравийский) одержала победу над турецкими оккупационными войсками. Романтическая мечта Лоуренса провести крестовый поход в обратном направлении по Аравийской пустыне сбылась, арабы победили. Но ни Лоуренс, ни Фейсал не знали о секретном договоре между Британией и Францией о разделе сфер влияния на Ближнем Востоке после победы армии Фейсала. В этом договоре Сайкса- Пико не были учтены геополитические интересы Турции, а тем более суверенные интересы арабских государств. Между тем, договор стал той миной замедленного действия, взрыв которой грянул уже в другом веке, при другом соотношении геополитического веса участников договора, но снова в многострадальной Сирии. В этот раз конфликт принял гораздо более кровопролитный и затяжной характер, и в нем столкнулись не только регулярная армия Сирии и наемники-террористы из разных стран, скрывающие свои лица под маской повстанцев и борцов за свободу сирийского народа, но и две концепции мирового порядка, втянувшие в орбиту геополитического сражения США, Западную Европу, Россию, Турцию, Израиль, Катар, Ирак и Иран.


   Следуя одной  из концепций, Запад  объединенными усилиями должен был освободить

Сирийский народ от президента Асада и привести к власти оппозицию, уже в течение нескольких лет пытающуюся с помощью террора привлечь народ Сирии под свои знамена. Уничтожение сирийского государства было важно для сторонников данной концепции мирового порядка, согласно которой суверенные государства должны постепенно раствориться в глобальном сообществе, управляемом мировым правительством.

 

  Россия и Иран в данном конфликте выступили союзниками Асада как законно избранного Президента Сирии, и эта позиция отражала другую концепцию мирового порядка, согласно которой уважение прав суверенного государства на самостоятельный выбор пути развития является основой взаимоотношений стран.  Российская авиация и инструкторы обеспечили серьезную моральную и военную поддержку сирийской армии в борьбе с террористами. Если для российской стороны все те, кто убивает мирных жителей, подвергает обстрелам города, устраивает показательные жестокие казни, были  безоговорочно признаны террористами, подлежащими уничтожению, то Запад довольно неуклюже пытался прикрыть своих агентов террора ярлыком умеренных оппозиционеров, и чем дольше продолжались кровавые события в Сирии, тем беспомощнее и циничнее выглядели политики, оправдывающие террор и поддержку террористов, и тем убедительнее и достойнее выглядел Башар Асад и его союзники.
 

 Ирония истории заключается в том, что 100 лет назад тот же Запад в лице Великобритании и Франции, Германии и ее союзника Турции стремились превратить Ближний Восток в большой пирог своих интересов. Война в виде арабского восстания против турок была в интересах Британии и Франции, но суверенные интересы арабских племен и в то время выглядели в глазах Запада чем-то нелепо претенциозным. Победа армии Фейсала в борьбе против турецких оккупантов в большей мере была плодом стратегического гения Лоуренса Аравийского и правильным выбором вождя восстания, чем помощи Британии повстанцам. И хотя Фейсалу вместе с Лоуренсом удалось одержать победу в том восстании, через 100 лет на Ближнем Востоке снова понадобился «крестовый поход в обратном направлении».

  Сирийский конфликт обнажил назревшие, но неразрешимые прежними методами агрессии под флагами демократических восстаний проблемы взаимоотношений Востока и Запада в новом веке. Катастрофические провалы стратегии однополярного мира предстали перед глазами мирового сообщества в виде разрушенных государств Ливии, Ирака, кровавое колесо истории казалось невозможно остановить.


Владимир Путин в образе Лоуренса Аравийского


  К впечатляющей череде образов, в которых за 17 лет своего управления Россией Путин представал перед мировой общественностью, он с полным правом может добавить белые шелковые одежды арабов и куфию, придающую одухотворенным лицам магическую силу святости. Именно Путин сыграл роль Лоуренса Аравийского в сопротивлении арабских стран поглощению апологетами мировой экспансии Запада под руководством «исключительной нации». Его умение держать удар, вымотать противника и нанести решающую подсечку с захватом, унаследованные в боях дзюдо, блестящий интеллект разведчика и способность мгновенно просчитать личность союзника или оппонента, а также глубокое уважение к тем, кто решился на сопротивление против громадной и всепоглощающей силы – все это он принес на алтарь победы в беспримерном по накалу геополитическом сражении за Сирию.


   И так же, как Лоуренс Аравийский объединил путем тончайших переговоров и умением найти общий язык с представителями другой культуры и другой цивилизации разобщенные и конфликтующие между собой арабские племена , так и Владимир Путин сумел объединить в единый фронт не только армию Асада, но и союзников. Иран и Китай поддержали не только политическим согласием  решение Путина о позиции в сирийском конфликте, но и военной и моральной поддержкой в нужный момент. Особенно убедительно выглядел взвод китайских военных, марширующих на Параде на Красной площади 9 мая 2016 года и Си Дзиньпин, восседающий рядом с Путиным и обозревающий военную мощь России. У победы много друзей, и очень быстро в Москву потянулись эмиссары из Дохи, Эр-Рияда, Багдада и Триполи, Каира и Эмиратов. Владимир Путин, как и Лоуренс Аравийский, не считал свою нацию исключительной нацией, признавая в других нациях и странах право на выбор собственного пути. Причем эта его позиция была абсолютно искренней, а не маской для переговоров.


Почему русские помогают Сирии?

  Кому, как не России, понять Сирию, осажденную бандами и международными рэкетирами, угрожающими развалить государство? Русские пережили распад СССР, и они знают, каково это – жить на развалинах империи. У русских все еще болит рана, нанесенная бомбежками Югославии. И за 25 лет испытаний в условиях дикого капитализма и шоковой терапии, потери многих черт суверенного государства русские научились ценить независимость родины и ее друзей. Сирия всегда была другом СССР и новой России, а теперь уже наверно, это будет братская страна, дружба завязана на крови, пролитой во имя свободы.

 
  Есть еще одна удивительная связь между Россией и Сирией. Археологическая экспедиция из России недавно побывала в Сирии в районе Алеппо и обнаружила там удивительные сооружения времен раннего христианства.  Именно в этих местах оформился мощный центр православного христианства в Восточной Римской империи и Византии. Эти памятники связаны с древней духовной практикой столпничества. Древние христиане в Сирии практиковали духовное восхождение путем аскезы и долгого моления на каменных столпах. Лоуренс Аравийский, 18-ти летним студентом прошедший пешком 1 600 км по древним развалинам Сирии, Палестины, Аравии, изучил эти древние памятники христианской культуры и свою книгу о восстании в пустыне (ее наиболее полный вариант) он назвал «Семь столпов мудрости». Спустя сто лет русские археологи впервые побывали в окрестностях Алеппо и обнаружили уцелевшие археологические памятники.  

 
















Развернуть
Руины Джабал Семаана в окрестностях Алеппо
© Личный архив Тимура Кармова


Можно увидеть в нынешних победах в Алеппо и Пальмире грандиозный поворот в развитии современного мира. Освобождение исторической части Алеппо от наемников Запада, посланных разрушить древнее сирийское государство, является первой и очень символической победой тех, кто убежден, что народы равны в своем суверенном праве решать, куда и как им развиваться, кто будет ими управлять.

Западная модель управления миром не выдержала испытания аравийской пустыней и столкновения с волей сплоченных народов. После победы в Алеппо изменения в мире будут происходить в нарастающем темпе, как в падающем домино, но есть надежда, что эти изменения будут более радостными, чем тревожными.

 
Что отражает зеркало Алеппо?

   Есть несколько вопросов, на которые сейчас вряд ли можно найти ответ. Первый и самый важный из них: куда поведет Америку Дональд Трамп? Как амбициозный человек из породы победителей, он вряд ли захочет наступать на грабли, уже ударившие претендента на роль мирового полицейского. Если он учтет печальный опыт предшественника по разрыванию на клочки российской экономики и превращения Украины в неблагодарного и воинственного соседа России, нас ждет потепление в отношениях двух стран. И если у него хватит мудрости прекратить хищнический интервенционизм в отношении стран, названных недостаточно демократичными, у США есть неплохие шансы вернуть себе уважение народов Ближнего Востока.

   В зеркало Алеппо сейчас также пристально всматривается Россия. Русским прежде всего хочется понять, что может предотвратить продолжение кровавых событий на Ближнем Востоке и какие союзы, договоры и альянсы сработают  как буферные линии между все еще горячими точками (Пакистан, Иран, Индия, Египет, Катар, Саудовская Аравия, Палестина, Израиль). Россия не заинтересована в затяжной войне ни в Сирии, ни в любой другой стране, поскольку никогда не использовала войну как способ решать свои экономические или политические проблемы. Куда уйдут из Сирии тысячи террористов – этот вопрос для России чрезвычайно важен, поскольку трагедия чеченских войн еще очень свежа в памяти россиян.

   Для стран Ближнего Востока зеркало Алеппо является в эти дни компасом, указующим выбор направления поиска партнеров и союзников в этом бушующем море геополитических интриг. В отличие от ситуации 100 лет назад, среди арабских лидеров нет своего Фейсала, чей авторитет мог бы сплотить и укрепить их позиции в меняющемся мировом порядке. Поэтому возрастает притяжение Владимира Путина.

  Для европейских стран в зеркале Алеппо отражается весь тот ужас и хаос, в который они медленно и неумолимо погружаются с тех пор, как миллионы людей из разрушенных городов Сирии, Ирака, Ливии хлынули на улицы чистеньких благополучных городов Германии и Франции. Что их ожидает, когда вся эта людская масса взорвется от негодования, не найдя тех условий, что им обещали, отправляя их налегке в дальний путь? Нет ответа в зеркале Алеппо. Но выбор европейских народов между сторонниками интервенционизма и суверенного национализма выглядит явно предсказуемым.

    В эти дни дух Лоуренса Аравийского явно витает над развалинами древнего Алеппо, удивляясь варварству наших современников и незримо помогая тем, кто снова борется за свободу народов, проживающих в этих суровых краях.

 

c.2016 Галима   ГАЛИУЛЛИНА